Трудности перевода

Oбиxoднoe нaзвaниe дoлжнoсти мoглo зaстaвить Ларису Джабиеву отказаться от работы, которая впоследствии стала любимой.

На любом предприятии, и завод «Электроцинк» не исключение, слово «нормировщик» понятно всем. Выхваченное из длинного названия должности, оно поставило Ларису Джабиеву в тупик, когда ей предложили работу в ремонтно-механическом цехе. Узнав в отделе кадров точное описание своих должностных обязанностей, она расшифровала его – инженер по организации и нормированию труда. Это была специальность, которую Лариса получила в СОГУ. Окончила она его, кстати, с красным диплом.
– Нормирование труда многим кажется занятием скучным. Сухие расчеты, изучение технологических и организационных процессов, трудовых движений… Ну что здесь может быть увлекательного? Но мне все это нравилось, поэтому выбрала эту профессию, – говорит Лариса.
Она прекрасно знала, что эта работа требует внимательности и ответственности. Ведомости по расчетам зарплаты должны содержать безошибочную информацию о тарифных ставках, должностных окладах, размерах доплат и премий, «явках» и «неявках» каждого сотрудника. Зная, что любая неточность может привести к конфликту с обиженной стороной, Лариса за 14 лет работы в ремонтно-механическом цехе «Электроцинка» не дала даже повода для возникновения таких ситуаций.
Кто-то скажет – ответственность и тщательность в работе. Кто-то отнесет это на неконфликтность характера. Возможно, свою роль в стиле ее работы сыграло и то, что предшествовало работе на заводе. А дорога, надо сказать, была усеяна не розами, а скорее шипами. В то время, а на дворе были 90-е, спасением не были ни цвет диплома, ни менеджерское образование, полученное в школе Министерства внешних экономических связей и торговли Российской Федерации. И тогда в биографии появилось слово «такси» и «кафе». А еще раньше было уже двое детей. К ним прилагалась святая материнская обязанность – «поднять их на ноги». За ее исполнение Лариса взялась с ответственностью, которая присуща всем хорошим родительницам. Работа в такси позволяла ей распределять свое время без ущерба для детей. Потом такую же свободу давало кафе, открытое с сестрами. К тому же, это была не просто точка общепита, дававшая возможность прокормить семью. Это был еще и гастрономический полигон, на котором Лариса оттачивала свое мастерство кулинара. Ввела, к примеру, в меню блинчики с начинкой из ливера. Буквально через пару дней они стали «хитом» заведения. Готовили их уже не десятками, а сотнями. Их ели в кафе, заказывали на вынос, рекомендовали знакомым, друзьям и родственникам. Следующий «хит» – хаш. Он был личным изобретением Ларисы. Отварить отдельно требуху и ножки, а бульон использовать только тот, в котором варились говяжьи конечности. Успех этому блюду был обеспечен – он был абсолютно прозрачен, наварист и ароматен.
И все-таки, несмотря на свободу и креативность, которые давал ресторанный опыт, он был вынужденным выбором. Его с легкостью заменила работа по профессии. Особенно, когда Лариса разобралась с терминологией и поняла, что «нормировщик» в переводе на профессиональный язык означает инженер по организации и нормированию труда. И это, именно, тот специалист, которым она хотела быть, когда после школы поступала на экономический факультет.

Анна Савельева

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.