Расширение интеграционного пространства Евразии: фактор Южной Осетии

Рaстущий пoлитикo-экoнoмичeский интeрeс к сoтрудничeству с Рeспубликoй Южнaя Oсeтия прoявляют цeлый ряд стрaн Ближнeгo Вoстoкa, прeждe всeгo Сирия и Ирaн. Причeм ужe прoрaбoтaны или ужe стaртуют прoeкты пo рaзвитию тoргoвли и инвeстициoнныx взaимныx влoжeний с этими стрaнaми. Тaкиe трeнды представляются весьма значимыми с учетом известной геополитической роли не только союзнических взаимоотношений России с РЮО, но и всё более активного политико-экономического взаимодействия РФ с Сирией и Ираном.

Так, в ходе участия РЮО в начале сентября с. г. в 61-й Международной дамасской ярмарке товаров и услуг (республика впервые была приглашена к участию в столь авторитетном международном форуме) состоялось подписание соглашения об открытии торговых домов Сирии и Южной Осетии. Как сообщил вице-премьер Южной Осетии – министр экономического развития Геннадий Бекоев, «точную дату их открытия я пока не могу назвать, но если не к концу этого года, то в начале следующего года проект будет запущен. Павильоны этих домов также будут использоваться в качестве выставочных товарных площадок обеих стран».

Вице-премьер добавил, что у Сирии товарный ассортимент большой, проблем, какой ассортимент выставить в Южной Осетии, не будет; его же республика пока может предложить высокоцелебную минеральную воду. Есть также некоторые наработки в сфере экспорта из РЮО переработанной хвойной и буковой древесины, пшеничной муки, лекарственного сырья, редкоземельных полуфабрикатов. Предстоящее открытие торговых домов – это первый шаг в практической реализации двустороннего взаимодействия.

При этом сирийскими партнерами – руководителями производственных предприятий, инвестиционных свободных зон и промышленных парков выражена просьба посетить РЮО, чтобы уточнить сферы не только торгового, но и инвестиционного сотрудничества. По словам Г. Бекоева, в Сирии в настоящее время запускают, например, фармацевтические производства «и можно будет проработать вопрос сотрудничества и в этой сфере». Плюс к тому РЮО, как показали встречи на этой ярмарке, может предложить свою помощь в строительстве и восстановлении ряда хозяйственных объектов в Сирии.

Динамику двусторонних отношений готова поддержать и сирийская сторона. Как заявил на Ялтинском международном экономическом форуме (18 апреля с. г.) Мухаммад Самер аль-Халиль, министр экономики и внешней торговли Сирии, для развития сирийско-южноосетинских отношений и в целом для преодоления экономической блокады Сирии есть три важных примера, «которые мы должны использовать: это содружество Сирии с Крымом, между Крымом и Южной Осетией и между Сирией и Абхазией».

Из Севастополя в Латакию: крымское измерение трансрегиональных экономических связей

Аналогичные тренды проявляются между РЮО и Ираном. Президент Южной Осетии Анатолий Бибилов в своем недавнем интервью иранским СМИ подчеркнул, что взаимоотношения постепенно налаживаются, что приведет в том числе к официальному признанию Ираном РЮО: «Я считаю, что к этому мы вместе придём». Характерно, что иранская сторона не опровергла такое мнение главы Южной Осетии. Потому что «такие шаги предприняты в Иране и РЮО, и они продолжатся», уточнил А. Бибилов.

Кстати, в РЮО и Северной Осетии-Алании за последние 4 года проведены совместно с иранской стороной три экспертных симпозиума по развитию культурных и хозяйственных связей Южной Осетии и РФ, в том числе Северной Осетии с Ираном. Причем эти форумы – составная часть инициированного Россией международного неправительственного информационно-гуманитарного проекта (с 2013 г.) «Ближний Восток – Северный Кавказ: культурная политика в деле укрепления межнационального мира и межрелигиозного согласия».

Характерно, что в Тегеране, похоже, планируют укреплять партнерство с РФ и ее союзниками посредством в том числе означенного проекта. В связи с чем характерна точка зрения Р. Гаглойти, директора НИИ Южной Осетии, являющегося, помимо всего прочего, основным аналитическим центром для руководства РЮО: «Немаловажную роль имеет мнение посла Ирана в РФ М. Санаи (высказанное в 2015 г. – Ред.) о том, что Иран «намерен налаживать с Осетией экономические, научные и культурные связи». Поскольку, по словам М. Санаи, «Осетия – сильный элемент в обеспечении безопасности на Кавказе и будет играть серьезную роль в наших взаимоотношениях с Россией». А участившиеся встречи югоосетинской и иранской сторон «говорят о начале большого сотрудничества обеих стран».

В рамках такого курса Тегерана, последним, по данным Г. Гаглойти (и ряда других источников), поддерживается проект железной дороги Алагир–Цхинвал примерно в 150 км (между Северной и Южной Осетией), разработанный в МПС СССР еще в конце 1930-х и неоднократно «повторенный» в дальнейшем. По многим экспертным оценкам, эта артерия позволит, например, осваивать крупные запасы руд стратегических цветных металлов и редкоземельных элементов в Северной и особенно в Южной Осетии, минимум вдвое увеличит товарно-экспортный потенциал РЮО. Не говоря уже о значимости этой артерии для взаимодействия РФ с РЮО в рамках их военно-политического союза.

Но реализации проекта всегда препятствовало руководство Грузии, не заинтересованное в ускоренном социально-экономическом развитии Юго-Осетии, автономной до 1991 г. от Тбилиси, как и в активном развитии ее связей с российской Северо-Осетинской АССР.

Как уточняет глава НИИ Южной Осетии, на ирано-осетинских неправительственных форумах, проводимых с участием иранского посла в РФ, речь идет, в частности, о важности строительства железной дороги Алагир–Цхинвал, обеспечивающей в том числе кратчайший выход на Армению и далее на Иран. А договор о строительстве данной магистрали был, напомним, подписан между Северной Осетией и Северокавказской железной дорогой (РФ) еще в конце 2008 г., но пока не реализуется.

«Я неоднократно поднимал вопрос строительства этой дороги, ее значения не только в экономическом, но и военно-политическом плане,– уточняет Р. Гаглойти. – Дело даже не в непредсказуемости Грузии, а, прежде всего, в волевом решении руководства России, в том числе ее военного ведомства. И, конечно же, во всё большей политико-экономической заинтересованности в решении этого вопроса в Северной и Южной Осетии».

В последнее время, похоже, просматриваются практические подвижки в сооружении стальной магистрали Алагир–Цхинвал. Как отмечает Михаил Чернов, руководитель упомянутого выше проекта «Ближний Восток – Северный Кавказ: культурная политика в деле укрепления межнационального мира и межрелигиозного согласия», строительство горных железных дорог в России и на постсоветском пространстве – это «как раз из разряда “долго запрягают, но быстро едут”. Учитывая усилия РЖД по развитию логистических возможностей станции Алагир (с 2017 г. – Ред.), перспективы строительства дороги становятся всё менее туманными. Согласно последним проработкам (2017-2018 гг. – Ред.), железнодорожная линия должна пройти через южноосетинские Квайсинские рудники или вблизи них, где богатые запасы разнообразных руд цветных металлов и редкоземельных элементов».

Словом, Южная Осетия всё активнее вовлекается в процесс политико-экономического расширения интеграционного пространства Евразии. Что свидетельствует в том числе о растущей значимости РЮО для России, Сирии и Ирана в этом стратегическом процессе.

https://www.ritmeurasia.org/news–2019-10-24–rasshirenie-integracionnogo-prostranstva-evrazii-faktor-juzhnoj-osetii-45574

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.