Парчи

В нaшeм гoрoдe, пoжaлуй, нe нaйдeтся чeлoвeкa, кoтoрый нe знaл бы Пaрчи. Нe люблю пaфoсa, нo, гoвoря oб этoм чeлoвeкe, нeльзя удeржaться oт вoсклицaтeльнoгo знaкa! Нe знaю, eсть ли у нeгo врaги, нo дaжe eсли oни существуют, никто из них не станет отрицать, что Парчи храбр и отважен, а от себя добавлю, что им восхищались такие ребята, как Хубул, Парпат и чеченец Басаев. Другой на месте Парчи загордился бы и у него началась бы звездная болезнь, но он не такой. Парчи искренен, добр, и к нему можно запросто обратиться за советом и помощью. И он, если понадобится, снимет с себя последнюю рубашку и отдаст. Я очень люблю и уважаю Парчи, горжусь и дорожу дружбой с ним.

В позапрошлом году он жестоко заболел, и цхинвальские ветераны ужасно за него переживали. Я и Коба приехали к Парчи в больницу во Владикавказе и только тогда только заметил, как он осунулся и похудел. Поговорив с ним, мы с Кобой сели в машину и поехали обратно в город, и по дороге никто из нас не проронил ни слова. Все было ясно и так.

Однако могучий организм Парчи поборол хворь, и сейчас он по-прежнему бодр, пьян и весел. И все же, когда приезжаю в Цхинвал и не вижу Парчи поблизости, я осторожно начинаю расспрашивать друзей о его здоровье. Да все с ним нормально, смеются ребята, опять, наверное, где-то бухает. Мне приятно слышать, что он в добром здравии, и при встрече с ним прошу разрешить написать про него хотя бы небольшой рассказ, но он не позволяет. Не знаю, в чем тут дело, чрезмерная скромность героя или здесь кроется что-то другое, но я устал молчать и хочу рассказать одну историю…

Как-то во время сильного боя в местечке Мамисантубан я перебегал огород и зацепился одеждой за ржавую, залатанную колючей проволокой изгородь и застрял. Я успел перебросить через ограду свою винтовку, а сам задергался, пытаясь вырваться, и чем больше делал движений, тем сильней нанизывался на острые, словно крючки, края забора. До войны за горсть черешни из чужого сада можно было схлопотать заряд соли в зад, а теперь на кону висела самая вкусная и сладкая ягода ‒ моя собственная жизнь. И костлявые руки, щелкая как кастаньеты, тянулись к ней, чтобы сорвать.

Я невольно играл роль пугала в огороде ‒ был виден отовсюду, и вражеские стрелки били по мне, но почему-то не попадали. Наверное, ждали смельчака, который бросится спасать, чтоб убить и его, а пока делали вид, будто плохо стреляют, ‒ одним словом, шалили. От огня противника наши укрылись за каменной стеной разрушенного дома между мной и врагами. Мои товарищи были совсем близко, в каких-то десяти шагах от меня, если не меньше. Онемев от ужаса, я умолял взглядом помочь, но они опускали глаза или отворачивались.

А рядом цвела черешня, и день был чудесный, солнечный, и вечером я должен был встретится со своей девушкой, и потому с утра я оделся во все новое и клевое. Я ведь всю зиму мечтал о весне и свиданиях с милой на лоне природы. И вот пришел апрель, самый желанный месяц в году, но вместо медоносных пчел возле меня жужжали смертоносные пули. Я еще немного подергался, но, поняв, что конец неминуем, уже смотрел на своих товарищей с нескрываемой ненавистью. Пошарив языком во рту, я пытался наскрести слюну для презрительного плевка в их сторону, но внутри все пересохло. Заскулив от бессилия, я зажмурился и стал читать про себя молитвы, какие только знал.

Вдруг рядом послышалось чье-то тяжелое дыхание, я открыл глаза, и увидел перед собой бородатое лицо Парчи. Он схватил меня своими сильными руками, выдернул из колючек и перекинул через сетку забора, на котором остались моя новая ветровка и немного мяса с ладоней и запястья. Я упал и, вскочив, подбежал к дому, за которым прятались наши. Подобрав винтовку, я облизал раны, оглянулся и увидел, что мой спаситель сам угодил в ловушку ‒ застрял в колючей изгороди.

Огонь со стороны противника усилился, потому что враг, заметив, какой крупный зверь попал в капкан, торопился его уничтожить. Я уже думал кинуться ему на подмогу, но он, заметив мое движение, замахал рукой: дескать, не надо, и немного погодя, рванул в нашу сторону. Оказавшись возле нас, Парчи вынул из кармашка разгрузочного жилета гранату, с удивлением повертел ее перед носом, покачал головой и швырнул лимонку далеко вперед. Мы невольно замерли в ожидании взрыва, однако ничего не произошло.

‒ Странно, ‒ сказал Парчи. ‒ Когда я вытащил Таме, сам зацепился кольцом гранаты о проволоку, и оно повисло на заборе, потом ‒ бац ‒ щелчок. Ну думаю, все, приехал, но лимонка не взорвалась, только запал бабахнул.

‒ Ни фига себе, ‒ протянул Виталик Гаджиты. ‒ А ты уверен, что граната не учебная?

Парчи поморщился:

‒ Да нет, она была настоящая, по крайней мере до тех пор, пока я не выковырял из нее тротил и зарядил пластитом.

Враги все никак не могли успокоиться и пальнули в забор-ловушку из гранатомета, на котором висела моя исклеванная пулями ветровка, и молодая, в белой фате черешня завалилась набок.

‒ Рябой мне дал гранату с таким же пластитом, ‒ засмеялся Людвиг по кличке Крамор, у него был шрам во всю щеку, и потому казалось, что он все время улыбается. Он подобрал с земли гвоздь и, отвинтив запал гранаты, всунул гвоздь в горло лимонки, ковырнул немного похожей на пластилин начинки, помял пальцами, потом обнюхал и покачал головой:

‒ Этой фигней заклеивают щели окон зимой, ‒ и он взглянул на Рябого. Тот развел руками:

‒ Пластит принес Таме.

И вся эта доблестная рать уставилась на меня.

Я уже немного пришел в себя и стал объяснять:

‒ Эту хрень мне продал в саперной части солдат, до этого я купил у него гранаты и они прекрасно взрывались, поэтому я поверил ему на слово. И вообще, я видел пластит только по телевизору и то не по цветному.

Крамор, не переставая улыбаться, заметил:

‒ Теперь вы квиты ребята.

А я подумал, что не будь Парчи, моим родным пришлось бы ехать за гробом во Владикавказ, потому что наши гробовщики взвинтили цены до небес. И зимой какой-то шутник закинул в печную трубу цеха лимонку, и она, скатившись вниз, взорвалась в печке, и мастера гробовых дел сами сыграли в ящик.

http://www.darial-online.ru/2016_6/tadtaev.shtml

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.